интервью

Олег Лукин: «Хватит искать лазейки для бизнеса»

Бум малоэтажной застройки в окрестностях Красноярска обострил и без того вечный для Сибири «инфраструктурный вопрос». О том, какие решения проблемы техприсоединения предлагают энергетики, — а также о тарифообразовании, отношениях между сетевыми компаниями и современном состоянии городских сетей, — ДЕЛА.ru побеседовали с заместителем генерального директора — директором филиала ОАО «МРСК Сибири» — «Красноярскэнерго» Олегом Лукиным.

Олег Лукин
Олег Лукин, заместитель гендиректора — директор филиала ОАО «МРСК Сибири» - «Красноярскэнерго»

— Олег Николаевич, хочу задать один давно интересующий меня вопрос. Су­ще­с­твуют ли в энергетике не узкопро­фес­сиональные, а общеполитические проблемы, обусловленные, к примеру, действиями красноярской власти в градостроительной сфере?

— Я бы взял немного шире. Да, проблемы существуют, но скорее не в самом Красно­яр­ске, а в красноярской агломерации, в развитии прилегающей к столице края территории.

Да, город тоже проблемное пятно. Но в чем состоит разница проблем? Городская спе­ци­фика связана с электроснабжением.

Под­стан­ции Красноярска перегружены, и за по­следние годы мы, к сожалению, за исключе­нием ПС «Весна-2», не вводили в действие крупных центров питания в силу множества причин, при том, что городские сети имеют масштабную инфраструктуру.

А вот что касается окрестностей, то, по сути, развитие сетей здесь идет в чистом поле.

— Ну, в этих условиях наоборот проще все спланировать, предусмотреть заранее...

— В планировании и заключается ключевой момент! Любой здравомыслящий человек сначала разработает план, нарисует чертеж, потом приступит к строительству. Но у нас в пригороде совсем не так. Предприниматели покупают землю, делят ее на квадраты, перепродают — все, бизнес сложился. Это спекуляция в чистом виде, их не интересуют потом проблемы застройки.

Специфика красноярского рынка малоэтажного строительства — почти полное отсутст­вие крупных девелоперов. Застройка происходит хаотично, некомплексно. Какие с этим связаны проблемы, не говоря уже об общей эстетике?

Следствием такой раздробленности является то, что к нам поступают многочисленные обращения от заявителей, у каждого из которых по 10–15 соток. И мы вынуждены зани­маться электроснабжением маленьких участков, а не удовлетворять энергопотреб­ности территории в целом.

— Это юридически оправданная процедура? Вы обязаны реагировать на каждое частное заявление?

— В том-то и дело. Нынешняя редакция закона обязывает сетевые компании исполнять любую заявку на бытовые нужды — не более 15 КВт — в течение полугода. За смешные 500 руб. независимо от расстояния нового объекта до сетей.

В результате платить за такое присоединение будет каждый потребитель: стоимость работ перекладывается в тариф на передачу электроэнергии. Ведь у компании нет других источников финансирования, мы регулируемая организация, все наши затраты подконтрольны.

Мало того, точечные подключения приводят к тому, что с увеличением нагрузки на территории приходится заходить на объекты повторно, делать реконструкцию сетей дважды, а то и трижды. И это тоже ложится на тариф.

Причем это не единичные случаи, народ такой схемой активно пользуется! Предприниматель межует участок в 10 Га на множество мелких, потом приходит и кладет на стол 250 заявок на одну фамилию. И де-юре я не имею права ему отказать.

Но согласитесь, мы не можем позволить, чтобы за наш с вами счет оплачивались интересы бизнеса, который ничего не дает краю.

Однако и это лишь одна сторона медали. Есть и вторая: физическая возможность исполнения таких заявок. Поскольку застройка территории некомплексная, никто не позаботился ни о земельных коридорах для коммуникаций, ни о дорогах, ни о прочей инфраструктуре. А ведь это вовсе не проблема отдельного потребителя. Это проблема всего района. И меня очень беспокоит отношение власти к этому вопросу.

При всем этом надзорные органы постоянно контролируют нас по факту исполнения заявок.

— Формальный подход?

— Естественно. А ведь даже согласно кодексу оформление земли под строительство электросетей занимает полгода: если это муниципальная земля, нужны постановление главы администрации о ее выделении, межевание, землеустроительные работы.

Но еще хуже, если земля, по которой пройдут линии электропередачи, находится в частных руках. Тогда все зависит от собственника: захочет ли он оформить сервитут на прохождение сети.

Да, существует законный механизм изъятия земель под муниципальную нужду. Но муниципалитет может воспользоваться этим правом только при комплексном развитии территории, которого нет.

— Это повсеместная проблема?

— Абсолютно. Но самые наглядные примеры — в Емельяновском районе. На весь район работает всего одна подстанция, которая загружена уже на 135%. Исполняя федеральное законодательство, при решении проблемы электроснабжения каждого конкретного участка под угрозу ставится электроснабжение целого района.

За 2012 г. в «Красноярскэнерго» по краю подано и принято 12 508 заявок на техприсоединение, в том числе 11 152 — заявки льготной категории, из которых 3597 приходится на Емельяновский район. И процесс идет по нарастающей, в 2011 г. район отправил 2290 заявок по льготной категории.

— Хорошо, допустим, вы обозначили проблему. А каковы пути ее решения?

— Должен быть комплексный подход. Администрация района должна по закону как минимум спланировать комплексную застройку земель и обеспечить необходимую инфраструктуру. Подать общую заявку, чтобы мы могли спроектировать сети, предус­мотреть необходимую реконструкцию или строительство нового центра питания, магистральных линий.

— На чем основывается планирование в «Красноярскэнерго»?

— Оно как раз должно быть основано на планах территориального развития. Вообще, у нас есть программа, согласованная в крае и утвержденная Минэнерго. Конечно, ее приходится постоянно корректировать. Если верхний пласт более-менее отрегулирован, заложены суммы, определены порядок и сроки, то на нижнем уровне может, к примеру, встать вопрос: где конкретно построить новую подстанцию? И тут уже много неясностей.

Приведу пример с поселком Новалэнд в Солонцах. Неплохой поселок получился, но есть там проблемы, связанные как раз с недостатками планирования сетей энергоснабжения. В свое время мы подписали договор с руководством края, зашли на объект и уже выпол­нили нулевой цикл работ, убрали несколько тысяч кубов грунта скальных пород, понесли затраты… И на этом этапе нам говорят: стоп, будем строить сами. Таких случаев немало.

— Какие шаги следует предпринять в переговорном процессе, чтобы предотвратить подобные ситуации?

— Сначала сама администрация должна понять, что будет строить и в каком объеме. Проблема не в сложности переговоров, а в том, что у муниципальной власти нет видения ситуации, она не управляет процессом застройки.

— В Красноярске та же проблематика. Постоянно идут дискуссии о том, что градостроительный процесс никто не регулирует.

— Не соглашусь. Да, такой ситуация была два года назад. Но с приходом нового мэра все в корне поменялось. У Акбулатова системный подход к развитию города.

— То есть опыт регулирования есть?

— Конечно. Но сложность в том, что проблемами застройки в Красноярске начали заниматься на ходу, когда инвесторы уже вложили средства в строительство. А вот в тех районах, которые только предполагаются под застройку, учитывается вся проблематика, все реперные точки. Скажем, в отношении «КрасКома» нужны одни решения, в нашем случае — другие. Мы пытаемся использовать различные механизмы. Например, так называемый индивидуальный тариф или стоимость по индивидуальному проекту, когда заявитель оплачивает затраты на техприсоединение.

Конечно, когда отдельный застройщик просит подключить дом при отсутствии сетей, параметр цен для него будет на уровне 200–300 млн: меньше не получится, ведь надо проложить высоковольтную сеть, построить подстанцию и распределительный пункт.

Но если заявка поступает от 5–6 инвесторов сразу, удельные затраты уменьшаются в кратном размере: чем больше заявка, тем она дешевле. Плюс подключается город с социалкой. В итоге в рыночной стоимости одного квадратного метра строящегося жилья создание инфраструктуры за счет застройщика составит 700–1000 руб. Это вполне подъемные деньги и для инвестора, и для конкретного покупателя жилья.

Такие решения в городе реализуются. Но не в районе. Здесь, чтобы что-то менялось, в первую очередь нужна воля руководителей.

— Очевидно, что у энергетиков растут расходы, наблюдается перегрузка сетей. А каков запас прочности? Когда начнутся необратимые процессы, такие, что могут оставить без электроэнергии целый район?

— Здесь трудно найти точку невозврата. Решать проблему не поздно на любом этапе, просто цена вопроса разная — чем дальше, тем дороже.

Я считаю, что районная власть должна собрать всех на одной площадке и сказать: другого пути не будет, не ищите лазейки для своего бизнеса, не перекладывайте затраты на бюджет и потребителей. Вот схема перспективного развития района — будьте добры, заключайте договоры и обеспечивайте свои земли, которые планируете под продажу, хоть комплексную, хоть точечную. Но заплатите, другого пути не будет. Вот этого и ждем.

— Проблема техприсоединения, получается, самая болезненная. А другие?

— Есть и другие, конечно. Проблема тарифообразования, например. Но кроме раздра­жения она не вызывает ничего: к сожалению, локального решения она наверняка не найдет. Видимо, по этой причине вопрос подняли на федеральном уровне.

—Здесь у меня возникает ощущение обратного процесса. Вот прошла реформа энергетики, отрасль делили-делили, создавали хозсубъекты, юрлица, а теперь все собираются переиграть… Я правильно понимаю ситуацию?

— На данном этапе правильно. Я в энергетике 17 лет и не помню ни одного года без реформ. Поначалу изменения, наверное, были оправданными: вся страна переходила на рыночные рельсы. Чтобы создать рынок, сформировать структуру, требовалось понимание того, что продажа, выработка и транспортировка электроэнергии являются разными процессами с точки зрения бизнеса. А вот на нынешнем этапе целесообразно рассмотреть другую модель.

Олег Лукин, Красэнерго— Ситуация с состоянием сетей совсем плачевная?

— Судите сами. В городе около 2400 км кабельных сетей, из которых 70% проложены 35, а то и 50 лет назад, а нагрузка растет. Естественно, они будут выходить из строя. Тем не менее мы ежегодно снижаем количество повреждений в сетях и время восстановительных работ.

Если в 2010 году по краю оно составляло 3,5 часа, в 2011-м — 3,2 часа, в 2012-м — 2,78 часа. Число повреждений в 2012 году уменьшилось по отношению к 2011 году на 35%.

Но при этом за год заметно выросло количество повреждений на сетях других собствен­ников — с 35% до 60%. У нас в регионе работают 74(!) сетевые компании. Некоторые из них являются таковыми номинально, они лишь выставляют потребителям счета и не занимаются оказанием услуги, не обеспечивают надежность энергоснабжения.

В качестве примера можно привести резонансное отключение в центре города, на подстанции «Восточная», полтора года назад. Тогда целый квартал остался без электричества почти сутки. На месте работали четыре наши оперативные бригады. Наших потребителей подключили к электроснабжению в течение 3,5 часов. Но целый квартал оставался без электроэнергии сутки: сетевая компания, которая там работала, не имела ни оперативного персонала, ни контактных телефонов на случай аварии, так что в два часа ночи ее представителей пришлось разыскивать с милицией.

— А почему у сетевого хозяйства так много собственников?

— В бизнесе как в природе, которая не терпит пустоты. Если есть сетевое имущество, рано или поздно найдется кто-то, кто захочет на нем заработать. Были периоды, когда «Красноярскэнерго» не было заинтересовано строить свои сети. Выдавались техус­ловия, другие компании развивали свои линии, строили подстанции. Получилось, что часть сети принадлежит частным лицам.

Вообще, это не только красноярская проблема. Но в других городах возникает несколько другой аспект: из-за того, что бизнес замедлил свои темпы, сеть оказывается брошен­ной. Что касается нашей компании, то мы забираем все, что можно, хотя это большие затраты. Мы готовы нести социальную нагрузку, но ждем в ответ соблюдения балансов интересов и поддержки со стороны краевой власти.

Видеофрагмент интервью Олега Лукина изданию ДЕЛА.ru

Дмитрий БОЛОТОВ
Фото и видео Тимур ДУРАКОВ
ДЕЛА.ru

© ДЕЛА.ru

 

информация
новости

Минусинск задыхается: жители призывают обратить внимание на экологию города Жители Минусинска Красноярского края настоятельно призывают власти обратить внимание на экологическую обстановку в городе. Режим неблагоприятных метеоусловий…

Алексей Туманин: «Контейнеропоток увеличивается из года в год» 2021-й стал для Красноярской железной дороги годом напряженной и масштабной работы. Росли грузоперевозки, отправлялись по назначению новые контейнерные…

Анна Бель: «Люди уходили в реанимацию и уже не возвращались» Депутат городского совета Железногорска Анна Бель не верила в опасность коронавируса, пока болезнь не поразила всю ее семью и не забрала сына. Врачи вытащили…

 
Dела.ru

Сайт Красноярска
деловые новости

© ООО «Дела.ру»