интервью

Эдхам Акбулатов: «Город — это территория, которая принадлежит всем жителям»

Об изменениях, которые ждут Красноярск в ближайшее время, ДЕЛА.ru и «Деловой квартал» узнавали из первых уст — у первого лица города. Впро­чем, прекрасным будущим беседа не исчерпывалась: Эдхам Акбула­тов изложил свою точку зрения на самые острые вопросы городской жизни. Мэр настроен решительно, ставит перед собой сложные и непопу­листские задачи, и, судя по его рабочему графику — интервью было назначено на половину восьмого вечера, — не ограничивает время на то, чтобы их решать.

Эдхам Акбулатов
Мэр Красноярска Эдхам Акбулатов: нет города, где все было бы идеальным, но проблемы нужно решать

— Эдхам Шукриевич, давайте начнем с общего вопроса. Что больше всего не нравится вам в нынешнем состоянии города, составляет главные его проблемы с вашей точки зрения?

— Думаю, нет такого города, где все было бы идеальным, и это объективная ситуация. Бывает и так, что со временем достоинство города превращается в его проблему… В Красноярске бросается в глаза контраст между уровнем жизни в различных районах города, например, в центре и в районе ул. Кутузова, где стоят двухэтажные бараки, построенные в послевоенные годы. Или в районе ул. Свердловской, на Базаихе — и где-нибудь на Южном Берегу.

Это серьезная проблема для города: отсутствие единых стандартов проживания с точки зрения социальной инфраструктуры, качества услуг ЖКХ, транспортной доступности, состояния дорог.

Есть и контраст в уровне жизни между благоустроенными районами и теми, которые еще не сформировались — например, в окрестностях Дрокинской горы, где после пере­стройки начали возводить коттеджное жилье, но потом забросили. Сегодня на этой территории нет социальных объектов, дорог. Нам вместе с горожанами предстоит найти решение этого непростого вопроса, который ярко демонстрирует одну из основных городских проблем — разрыв возможностей и потребностей.

— С другой стороны, у нас развита патерналистская философия — население ждет, что власть будет о нем заботиться. В принципе, никто же не мешает переселиться в другое место.

— Это подходит для стран с мобильным населением. У нас же совсем другой мента­литет: мы строим дом, чтобы в нем после нас жили наши дети. Да, часть населения арендует жилье, но это считается временным состоянием, и «так жить нельзя». В Америке, Европе снимать квартиру в аренду могут всю жизнь, переезжая с места на место, но в нашем обществе этот стандарт неприемлем. Это не плохо и не хорошо, просто мы считаем, что жилье должно быть своим, и люди полагают жилищную проблему наиважнейшей. Поэтому решать такие задачи необходимо.

С жильем связана еще одна «болевая точка» нашего города — состояние инженерной инфраструктуры.

Она создавалась в совершенно иных экономических реалиях. Взять те же подпорные стены: такого количества подобных сооружений нет ни в одном городе Сибири. А ведь все эти объекты надо содержать, и это непростые решения с точки зрения эксплуатации. Но когда стены строили, шкала цен была совсем другой.

То же касается систем теплоснабжения, канализации, электроснабжения. Вся инфра­структура создавалась не постепенно, а взрывным образом, скачкообразно — например, при Хрущеве, во времена массового строительства, вводилось в строй по миллиону квадратных метров жилья в год. И вот сейчас, когда прошли десятилетия, все начало устаревать точно так же, в огромных масштабах. Надо заменять сети, но где изыскать ресурсы для этого?

Чтобы привести инфраструктуру в порядок, должны работать рыночные механизмы, которые в наших условиях заключаются в следующем: потребители платят за исполь­зование ресурсов по тарифам, их деньги и идут на модернизацию сетей. Однако этого недостаточно, требуются другие механизмы привлечения инвестиций в сферу ЖКХ: дополнительная эмиссия акций, продажа облигаций — нужно расширять круг лиц, заинтересованных в размещении своих денег в объектах инженерной инфраструктуры. Однако у нас эта сфера непривлекательна для вложений.

— Слишком долгие сроки и высокие риски.

— И риски высокие, и тарифное регулирование таково, что прибыль невелика: за эти же деньги в иных видах бизнеса можно заработать намного больше. Так что, к сожалению, у нас удобные механизмы не выработаны, и в результате городу и краю приходится участвовать в финансировании, по сути, коммерческой деятельности предприятий ЖКХ, вкладывать деньги в ремонт и строительство новых инженерных сооружений.

Помимо контраста в уровне жизни разных районов города и состояния коммуникаций я бы отметил состояние жилого фонда, которое усугубляется отсутствием источников накопления средств на капитальный ремонт и его обновление. Вкратце так.

Конечно, беспокоит и социальная сфера, нехватка мест в детских садах и школах, отсутствие достаточной сети медицинских учреждений, проблемы преступности, наркомания…

— Эдхам Шукриевич, городская власть сегодня стремится решать все эти и другие проблемы с учетом мнения горожан. Но, как мы все успели заметить, нередко то, что предлагает власть, общество принимать не готово, решения просто торпедиру­ются — взять те же попытки реформы общественного транспорта. Стоит ли учитывать в таком случае некомпетентные мнения, которые не продвигают ситуацию вперед?

— В нашем обществе невозможно принимать решения без обсуждения, мы не можем уйти от этого. Обижаться на общество, полагая его непросвещенным, глупо — оно такое, какое есть, и мы его часть. Но человек, который выносит на суд общества те или иные решения, должен готовиться к диалогу. Нельзя излагать свое видение ситуации перед специально подготовленной аудиторией, которая все примет на ура, это выхолащивание самой сути процесса. Обсуждения должны быть, к ним надо готовиться, аргументировать свою позицию, стараться быть убедительным, доказывая свою правоту.

В любом случае общественное обсуждение городских проблем не подразумевает стопроцентного согласия.

Окончательное решение может быть принято — если оно логично, оправдано, имеет общественную значимость и выгоду и не противоречит законодательству — даже при несогласии части аудитории с предлагаемым вариантом, вразрез с ее мнением. Хотя результаты обсуждения все равно должны учитываться, тем более что зачастую в процессе дискуссии рождаются новые идеи.

— Иногда против выступает не только общество, но и специалисты — к примеру, ряд местных архитекторов раскритиковал проект исторического квартала на Горького, обвинив «варягов»-проектировщиков в незнании местных реалий…

— Богородице-Рождественский собор в Красноярске в свое время проектировал архи­тектор Тон, который даже никогда не был в нашем городе, Санкт-Петербург возводился по проекту европейских архитекторов… Если говорить по существу, то ситуация с историческим кварталом выглядит следующим образом. В городе необходимо сохранить историческое наследие, а для этого важно изыскать ресурсы. Сберечь старинные дома можно путем их музеефикации. Но это означает, что городу предстоит дальнейшее финансирование их содержания.

Другой вариант — размещение в этих зданиях бюджетных учреждений, но я сразу скажу, что такое решение также ляжет дополнительной нагрузкой на бюджет города, потому что повлечет за собой увеличение площади административных помещений. Мы же, наоборот, сегодня их значительно сокращаем, сводя арендуемые площади к минимуму.

В этой связи одним из эффективных и в то же время необременительных для городской казны решений является взаимодействие муниципалитета с бизнес-сообществом в вопросе сохранения исторического наследия. Такая практика существует во многих российских и зарубежных городах.

Поэтому в рамках проекта на ул. Горького предполагается создать пешеходный квартал как фрагмент старого Красноярска. С одной стороны квартала предлагается сохранить деревянные памятники с полным внутренним обновлением, с другой — построить дома в стиле зданий рубежа XIX—XX веков, тем более что именно в этой части парка сейчас нет деревьев, стоят какие-то гаражи, хозпостройки, ограда.

Исторический квартал
Исторический квартал может стать одной из общественных зон, которых так не хватает Красноярску

На территории исторического квартала можно будет разместить коммерческие объекты — магазины, кафе, предприятия, связанные с организацией досуга, которые гармонично соседствовали бы с большой общественной зоной, центральным парком и выходом на набережную. Сейчас парк находится в запущенном состоянии, его необходимо привести в порядок.

Но надо понимать, что проект будет успешным только в том случае, если станет всесезонным. Это значит, что там должны быть объекты, интересные посетителям. Словом, эта территория должна стать комфортным и обустроенным общественным пространством, недостаток которого пока так ощущается в нашем городе.

— Как к этому предложению относятся представители бизнеса?

— Могу сказать, что целый ряд бизнесменов уже проявил интерес к проекту. Но конкурс пока не объявлен, требуется принять градостроительное решение, которое позволит его реализовать. Ну а после будут торги.

Я всегда выступаю за расширение практики проведения аукционов, за то, чтобы в городе работали сильные бизнесмены — я имею в виду не олигархические структуры, а ответ­ственные компании. Должна существовать реальная конкуренция, в которой побеждает сильнейший. Мы живем в обществе, в котором процветает дух соревнования. И если ты не работаешь над собой, ты проиграешь.

Считаю, что аукционы, торги — это объективно, правильно и честно.

За время, пока я работаю руководителем города, я обязан сделать конкурсный принцип необратимым. Город — это территория, которая принадлежит всем горожанам, в нем все должно быть открыто и прозрачно.

— Исторический квартал — один из проектов будущего. А как идет работа над генпланом?

— Новый генплан Красноярска — важнейший для меня вопрос. Работа над ним продолжается. Уже в мае предполагается провести первое обсуждение предложений проектировщиков. Не вдаваясь в детали, отмечу, что в рамках нового генплана не предполагается изменять границы города — нужно сначала привести в порядок имеющиеся районы, такие как Николаевка, Покровка.

Расчетная численность населения к 2033 году — 1,25 млн человек. И город должен быть готов ответить на запросы людей, будь то жилье, работа или отдых. В этой связи нами планируется жилая и общественная застройка ряда промзон — территории завода Сибсталь, комбайнового завода, ДОКа.

Вместе с тем сохранится целый ряд промышленных зон: ХМЗ, Красмаш, завод цветных металлов, синтетического каучука, шинный завод. Останутся Красфарма, радиозавод, северо-восточный промышленный узел и многие другие. Город ни в коем случае не должен остаться без производственных площадок, но надо развивать современные, экологически безопасные производства.

Генпланом предусмотрена и новая комплексная транспортная схема, которая должна обеспечить непрерывный трафик по территории города.

Это и два моста помимо четвертого: мост с выходом на ул. Затонскую, мост в районе ул. Фестивальной; и транспортный обход в районе Покровской горы, причем, возможно, с сооружением туннелей — все это необходимо, чтобы избавиться от тромбов на территории города, с целью разгрузить центр, который выполняет транзитную функцию. Еще одна магистраль будет проложена в продолжение ул. Копылова с выходом в около мясокомбината на трассу М-53, а также предполагается строительство опоясывающей город на юге магистрали непрерывного движения с выходом на 4 мост через ул. Саянскую.

Что касается транспорта, то метро остается в генплане — хотя, конечно, генплан — это не финансовый документ, и искать в нем ответа на вопрос, когда подземка будет построена, бессмысленно. Останется трамвай, который будет модернизирован, а по Октябрьскому мосту, возможно, пройдет выделенная и ограниченная от других полос линия скоростного автобуса: это позволит быстро перемещаться с одного берега на другой.

План планировки
В Красноярске появятся новые транспортные развязки

Берега Енисея планируется по максимуму сделать общественным пространством, чтобы набережные были доступны для людей, и для этого нужно вынести предприятия, распо­ложенные здесь, за пределы города, например, Нефтебазу. Должны увеличиться и площади озеленения, с 6 до 16 кв. м на человека.

Все это основные моменты, которые сейчас прорабатываются, чтобы уже во второй половине года приступить к общественным слушаниям.

— Думаю, тогда мы и напишем о генплане подробнее. А сейчас хочу задать вопрос на близкую тему. В Красноярске активно строятся новые районы. Но почему их застройка ведется со старыми градостроительными ошибками? Белые росы, Покровский — это сплошные дома, никаких рекреационных зон и парковок, даже до остановок приходится идти по дороге с потоком машин.

— Причина в отсутствии проекта планировки — того же Пашенного, например. В этой связи у застройщика велик соблазн уплотнять район домами, это же живые деньги. Так что наша задача — опять же разработать генплан, который подразумевает четкие правила землепользования и застройки, причем прописанные не по шаблону и единые для всех районов города, как сейчас, а с учетом особенностей местности. Например, в районе Енисея дома не должны будут закрывать реку. В каждом отдельном случае будет свой набор требований к строительству парковок и так далее. Это новаторский подход для Красноярска.

Сегодня участники рынка зачастую пренебрежительно относятся к правилам, но мы считаем, что серьезные компании должны быть заинтересованы в качественной застройке города и отвечать за результаты своего труда. Уже сейчас многие девелоперы берутся за обслуживание своих объектов, и мы поддерживаем таких инвесторов.

— Раз уж упомянули о парковках: Эдхам Шукриевич, будете ли вы настаивать на введении платных парковок в центре Красноярска?

— Да, буду. Мы готовимся к тому, чтобы реализовать этот проект — но тут важно понимать, для чего. В условиях, пока система транзитных магистралей не создана, мы должны сделать удобным проезд через центр города, а для этого уменьшить число стоящих на обочинах автомобилей. Центральные улицы не справляются с их нынешним количеством, и потому необходимо вводить особый режим.

Тема непростая, необходимо определить места, где образуются наибольшие заторы — по данным ГИБДД, спутниковой съемки, — и снабдить улицы знаковой информацией. Платная парковка будет поначалу вводиться на плоскостных карманах: не надо думать, что в одночасье у нас появится много наземных и подземных парковок, для этого необходимо, чтобы заработал рынок.

В целом все это сложный и технически, и организационно процесс, но, я считаю, мы должны решить эту задачу. Я отдаю себе отчет в том, что определенное число горожан будет недовольно таким решением, но действую в интересах большинства, и в этом  смысле мои действия оправданы.

Платная парковка заставит людей лучше планировать свое время, не бросать машину на весь день, зря занимая место в центре.

Не бывает такого, чтобы город предоставлял автомобилисту место по первому щелчку. Человек должен понимать, что, купив машину, он несет ответственность за ее содержание и использование.

— Прагматичные решения, такие как это, не могут быть популярны. Вот еще один аналогичный актуальный вопрос — введение платы за продление аренды участков под временными сооружениями, против которого бизнесмены вышли на митинг. Что будет происходить здесь дальше?

— Я считаю свою позицию правильной и буду ее отстаивать. Рынок воспринял, что право размещения стоит денег, а аукционы показали, каких. Торги на эти объекты идут по пять дней. Первоначальная цена возрастает в разы. Поэтому предоставлять земельные участки не на рыночных условиях — это нонсенс. Люди, которые живут в Красноярске, вправе рассчитывать на то, что земля в пределах городской черты дает экономически обоснованную отдачу.

При этом места под временные сооружения будут подвергаться рыночной оценке, и не обязательно право аренды будет стоить 100 тысяч рублей — может, 20. Но, может, и 500. А если предприниматель не готов идти на такие траты, давайте выставим участок на торги, которые определят победителя. Однако владельцы ларьков почему-то считают, что торги не для них, и приводят аргументы вроде «я тут всю жизнь стоял». Но с какой стати человек присвоил себе право работать на этом месте? Жизнь меняется, сроки договора истекли, есть понятные условия…

Вспомните, сколько было разговоров о торгах на земельные участки под строительство, на места под рекламу — говорили, никто на них не пойдет. Однако сейчас все реализу­ется. Может быть, кому-то не удается выигрывать на торгах, но мы живем не в обществе всеобщего благоденствия, чтобы обеспечивать всех возможностями ведения бизнеса.

Конкуренция должна быть честной, а моя задача — обозначить понятные и прозрачные правила.

На торгах половина земельных участков продается с существенным повышением цены: недавно, например, землю под магазин в Солнечном продали в 2,4 раза дороже первоначальной суммы. Значит, рынок воспринял эту цену. Государственное имущество, которым распоряжается муниципалитет, должно быть вовлечено в рыночный оборот. Словом, я не вижу никакого противоречия в своей позиции. Предприниматели же пока только активно выражают свои эмоции, а мне бы хотелось услышать конкретные аргументированные предложения.

Стройка
Новые правила застройки позволят избежать прежних градостроительных ошибок, когда новые районы возводились без объектов социальной, транспортной и рекреационной инфраструктуры

— А в перспективе что будет со временными сооружениями?

— Я убежден, что их количество должно сокращаться. Такого числа павильонов нет ни в одном городе. Проектировщики в свое время не подозревали, что наряду с домами появятся такие сооружения, которые будут диссонировать с обликом Красноярска. Кроме того, часто эти объекты создают проблемы для движения транспорта из-за того, что рядом паркуются машины.

Бизнес постепенно должен переходить во встроенно-пристроенные помещения на первых этажах, стремиться к более цивилизованным форматам торговли. В павильонах останутся полиграфическая продукция, мороженое, возможно, цветы, автоматы… Конечно, для этого потребуется время, и мы не говорим всем предпринимателям, а у нас около 5 тысяч сооружений, что мы вас всех одномоментно снесем. Договоры, безусловно, будут переоформляться в соответствии с нормами действующего законодательства.

В новых условиях, возможно, какие-то виды бизнеса станут нерентабельными, тем более что у нас динамично развиваются сети, появляются новые магазины, один формат вытесняет другой. В карете прошлого далеко не уедешь, как писал классик, и пред­приниматели, которые сейчас пытаются убедить нас, что не надо ничего менять, занимаются самообманом.

— Таким образом, как вы уже говорили, будущее за сильным бизнесом, лучшими компаниями. Но каким в перспективе 5—10 лет вы видите именно малый бизнес?

— Конечно, малого бизнеса должно быть значительно больше. У нас он, если так можно сказать, пока ходит в ползунках. Это скорее эксперименты, чем серьезные занятия.

Конечно, малый бизнес должен присутствовать и в торговле, и в услугах, поскольку в крупных сетях всегда есть своя бюрократия, это государства в государстве. Малое предпринимательство должно сохраниться в формате магазинов у дома, например.

Но очень важным мне кажется, чтобы было как можно больше производственного бизнеса, достаточно высокотехнологичного — например, в сфере ЖКХ, энергосбере­жения, ведь это многомиллиардный рынок, или в сфере услуг производственно-технического назначения.

Пока же бизнес функционирует за счет субсидий, льгот… Меры поддержки должны существовать, но в формате промпарков, технопарков, государственных муниципальных закупок. Надо дать предпринимателю возможность развиться, а дальше он сам должен понимать, кто у него заказчик.

— В нынешнем составе горсовета много как раз сильных и независимых бизнесменов. Стало ли вам тяжелее работать с новым городским парламентом?

— С новым горсоветом работать интереснее в полном смысле слова. У него много новых идей, реальных предложений — мне есть с чем сравнивать. Это работоспособный орган, и мы принимаем вместе выверенные решения, при том, что у администрации и депутатов часто разная позиция, несовпадающие мнения. Я вижу заинтересованный подход коллег, которые готовы решать важные для горожан вопросы, разделяя общую ответственность за город.

— Среди важных городских вопросов в ближайшем будущем — подготовка к Универсиаде, которая определенно даст импульс развитию города. Определены ли уже конкретные площадки под ее объекты?

— Да, практически все. Это Академия зимних видов спорта, два ледовых дворца, медицинские объекты и прочее. И хочу отметить, что Универсиада даст нам возможность постепенно, от точки к точке, повышать уровень жизни горожан. В этом смысле Универсиада является одним из важных моментов, шагов в развитии города, и этой возможностью надо обязательно воспользоваться. Возрастет интерес к городу, увеличится поток приезжих — даже реконструированный аэропорт сам по себе сделает Красноярск более привлекательным для разного рода компаний, которые начнут планировать здесь проведение деловых мероприятий.

В итоге город станет более цивилизованным.

Думаю, нам удастся сменить стандарты качества, сервиса, эстетики объектов и привести их в соответствие с теми, которые приняты в городах-миллионниках. Универсиада подвигнет нас к тому, чтобы мы посмотрели на себя со стороны и поработали над недостатками.

— В конце долгого рабочего дня не до эмоций, и все же: расскажите о ваших любимых местах в Красноярске.

— Я родился в Красноярске. С Красноярском связана вся моя жизнь, и я люблю очень многие места в нашем городе. Набережную, острова, Столбы, само собой. Нравятся Николаевская сопка, березовая роща в Студенческом и сам Студенческий городок, где я учился в политехе. Центр, который кажется мне очень необычным, Стрелка, Черная сопка, Красраб… У нас очень интересный город, который должен сохранить свою индивидуальность и многообразие, но при этом стать более комфортным и удобным для жизни.

— Сейчас много говорится о позиционировании города как бренда. Делается ли в администрации что-нибудь, что развивало бы Красноярск как бренд?

Площадь с фонтаном
Красноярск должен сохранить свое своеобразие, но стать более цивилизованным Фото А. Черныха

— Узнаваемость города, безусловно, должна повышаться. Но бренд — это более широкое понятие. Как в избирательной кампании: обязательна не только узнаваемость кандидата, но и доверие к нему.

Доверие к Красноярску — это убеждение в том, что в городе интересно, что в нем есть чем заняться.

Мы не можем стать туристической меккой в разумной перспективе, финансовым центром или центром розничной торговли. Поэтому я вижу Красноярск промышленным городом, в котором работают современные высокопроизводительные предприятия, реализующие свою продукцию, в первую очередь глубокой переработки, на устойчивых рынках.

Сейчас объем производства промышленной продукции в городе составляет чуть более 300 млрд руб., а для развития нужен триллион — тогда и бюджет, и зарплаты людей будут иными, в Красноярске возникнут иные финансовые потоки.

В то же время считаю, что Красноярск должен быть городом научных исследований, городом образования с большим числом вузов, удобной средой для внутреннего туризма… Словом, мультибрендовым городом.

Дмитрий БОЛОТОВ
ДЕЛА.ru
Юлия СПИРИНА,
«Деловой квартал»


© ДЕЛА.ru

 

информация
новости

Стоимость проезда в автобусах Красноярска поднимется на 6 рублей Стоимость проезда в маршрутных городских автобусах Красноярска повысится на 6 рублей с 1 февраля 2022 года и составит 32 рубля за поездку. Об…

Алексей Туманин: «Контейнеропоток увеличивается из года в год» 2021-й стал для Красноярской железной дороги годом напряженной и масштабной работы. Росли грузоперевозки, отправлялись по назначению новые контейнерные…

Анна Бель: «Люди уходили в реанимацию и уже не возвращались» Депутат городского совета Железногорска Анна Бель не верила в опасность коронавируса, пока болезнь не поразила всю ее семью и не забрала сына. Врачи вытащили…

 
Dела.ru

Сайт Красноярска
деловые новости

© ООО «Дела.ру»