интервью/бизнес

Владимир Потанин: «Норникель» находится в благоприятной макроэкономической нише»

Введение новых экономических санкций и их первые финансовые последствия закономерно вызывают вопросы о самочувствии большого бизнеса. Как изменения повлияют на деятельность крупнейшей в России горно-металлургической компании, основные активы которой расположены на территории Красноярского края, выясняли тележурналисты канала «Россия 24». ДЕЛА.ru публикуют фрагменты интервью с президентом «Норникеля» Владимиром Потаниным.

Владимир Потанин
Владимир Потанин, президент компании «Норникель»

– Владимир Олегович, российская экономика, можно сказать, сейчас находится под беспрецедентным давлением. Под новый виток санкций попали как капитаны российского бизнеса, так и конкретные компании. Есть ли в этом вызове какие-то возможности либо он несет только потери?

– Надо сказать, что применение санкций в любом случае мало кого может радовать. Потому что, как правило, оно наносит ущерб и тем, кто их объявляет, и тем, кому они предназначены. В этом смысле дополнительное давление на экономику затрудняет наше развитие. Но мы должны смотреть на ситуацию открытыми глазами. Я всегда считаю, что если усложняются внешние условия, нужны новые внутренние усилия. Причем это касается экономики страны в целом. Можно подумать о каких-то реформах, о совершенствовании управления.

 «Норникель», который я представляю, несмотря на то, что непосредственно не попадает под санкции, тоже сталкивается с этим встречным ветром: акции компании упали в цене. Я уверен, что они в долгосрочной перспективе восстановятся, но, тем не менее, инвесторы не бывают довольны, когда акции падают. Поэтому наступило хорошее время подвести итоги, понять, как развиваться дальше.

– Сегодняшнее снижение вы связываете только с тем, что «Норникель» – российская компания?

– Я думаю, да, потому что и весь российский рынок присел. Экономика, финансы требуют спокойствия и больше оперируют конструктивными терминами. Санкции – это термин деструктивный. Видимо, некоторое время эта тенденция будет продолжаться. Более того, я думаю, что мы не можем исключать и усиления давления.

Честно говоря, все это походит на масштабную торговую войну, которую мы долгие годы наблюдали не только с участием нашей страны… Видимо, в мире наступило весеннее обострение, всем хочется поиграть мускулами.

Однако эскалация конфликта призвана стимулировать стороны к тому, чтобы они о чем-то договорились. В этом смысле мне кажется, что как наша экономика в целом, так и каждая отдельно взятая компания просто должна наращивать свой внутренний ресурс и больше думать о своей устойчивости, о, скажем так, диверсификации своих рисков.

В частности, для компании «Норникель» ситуация достаточно благоприятная: наша продукция очень ликвидна, она востребована во всем мире. Примерно половина меди, никеля и других продуктов, производимых нашей компанией, потребляется в Китае, много поставляется в Юго-Восточную Азию. Спрос достаточно устойчивый. И это позволяет мне говорить о том, что у компании хорошие долгосрочные перспективы.

– В чем на сегодняшний день состоят внутренние реформы, о которых вы упомянули, и какие конкретные изменения могли бы поддержать компанию «Норникель»? Наверное, оживление российской экономики, повышенный спрос на вашу продукцию?

– Конечно, надо искать ресурсы у себя, и расширение внутреннего рынка – большое дело. Но при этом есть возможность расширять и наши экспортные возможности на те рынки, которые нас ждут. Прелесть глобализации состоит в том, что очень тяжело, скажем так, ограничить возможности экспортера продавать свою продукцию, потому что она востребована во всем мире и всегда можно найти рынок.

Реформы, изменения нужны во многих сферах деятельности компаний. К примеру, для нас очень важным является решение экологической проблемы. В последние годы мы активно работаем над этим и смогли закрыть никелевый завод в Норильске, который находился в черте города с 1942 года. Это героический завод, на котором был произведен первый никель для танков, но его давно пора было превратить в музей, а мы все как-то не решались. И вот он закрылся — в результате на 35% снизился объем выбросов в городе.

Дальше встал вопрос, как полностью решить проблему с выбросами серы, свести их до минимального, приемлемого воздействия на окружающую среду. И занимаясь этим проектом, сталкиваясь с достаточно сложными технологическими проблемами, мы нашли решение, которое основано на наших, российских, технологиях, позволяющих производить серную кислоту и затем ее нейтрализовывать.

Здесь важно, что мы ушли от зависимости от иностранных держателей лицензий и в случае, если обстановка с санкциями будет ухудшаться, это не должно сказаться на серном проекте. А он очень большой: к 2023 году мы должны полностью завершить программу улавливания серы в Норильском промышленном районе. Это инвестиции порядка 2,5 млрд долларов.

– То есть значительная часть вашей инвестпрограммы сегодня?

– Это большая часть нашей инвестпрограммы, и нам важно было сделать ее как можно менее зависимой от каких-либо внешних факторов. Потому что когда внешние факторы влияют на объемы производства – это вопрос только про деньги. А когда эти факторы могут повлиять на экологическую программу – это вопрос выживаемости города.

–  Каковы другие крупные инвестиционные проекты «Норникеля» в текущей ситуации?  «Таймыр-1», новое месторождение?

–  Важно, что в течение предыдущих нескольких лет мы создали существенную базу для дальнейшего роста. Мы примерно на 25% прирастили наши металлургические мощности, и сейчас «Норникель» представляет собой самую крупную единичную плавильную мощность в мире, причем очень современную. У нас одно из самых молодых в мире металлургических производств. Мы также нарастили на 35% обогатительные мощности, и теперь, развивая горные проекты, имеем возможность в течение 5–7 лет выйти на новые уровни производства. Без обогащения и металлургии извлекать больше трудно: не будешь же продавать руду. Кроме того, перечисленные мероприятия позволили увеличить извлечение металлов. А это и экономически выгодно, и существенно с точки зрения рачительного отношения к ресурсу.

Из других важных проектов – новые технологии на Кольском полуострове. Чтобы увеличить эффективность производства и снизить выбросы вредных веществ, мы внедрили довольно сложную технологическую процедуру, разделяя руду и концентрат на бедный и богатый серой. Тот, в котором мало серы, мы плавим у себя, а тот, где много серы, поставляем в другие места, где эта проблема решена. Таким образом мы уже снизили объемы выбросов до допустимых, а в 2019 году снизим и еще в два раза по отношению к предписанному нормами.

– То есть ваши инвестиции в ближайшем будущем связаны с необходимостью перехода на новый технологический и экологический уровень? И какие объемы при этом подразумеваются?

–  Вложения в экологические программы – это порядка трехсот млрд рублей до 2023 года с целью полного решения проблемы. 120–150 млрд рублей ежегодно составят инвестиции на обновление производства и расширение горнодобывающей базы. А после 2023 года мы выходим на увеличение производства.

Но это касается не только применения новых технологий в области обогащения, плавки, но и перехода к цифровой экономике на наших предприятиях. Как выясняется, в горнодобывающей компании есть очень много мест для приложения цифровых технологий. Это прежде всего связано с управлением, с тем, чтобы понимать в реальном режиме, как происходит работа. Это и вопросы безопасности: современные системы позволяют знать, какой механизм где работает, безопасно там или нет. Можно планировать объем работ и эффективно менять его в режиме реального времени. Применение современных цифровых технологий, а не только чисто металлургических, горнодобывающих, тоже является важным драйвером нашего развития.

– Какой прогноз вы можете сделать о перспективах компании в свете ситуации на рынке металлов?

– Полагаю, что компания «Норникель» в ближайшие 10–15 лет останется в очень благоприятной, как мне кажется, макроэкономической нише. Ужесточение экологических требований, в принципе, ведет к большему использованию палладия и платины, а увеличение производства электромобилей – к использованию никеля и кобальта. Получается, что практически вся корзина металлов, которые мы производим, имеет макроэкономическую поддержку, способную компенсировать санкции.

Хотя взгляд на 10–15 лет – это такое стратегическое видение. Ту, честно говоря, больше от философии, чем от бизнеса.

– Или от мечты?

– Куда же бизнесмену без мечты! Но мечта, она либо обретает формы конкретного проекта, либо остается видением, ожиданиями. И видение на 10–15 лет, конечно, есть. Оно состоит в том, что, как я уже сказал, продукция, которая производится «Норникелем», будет востребована. Экология, я полагаю, останется в центре внимания. И товары, производимые нашей компанией, будут тем более пользоваться спросом, когда через некоторое время мы сможем позиционировать свою стратегию как зеленую.

Сейчас «Норникель» все-таки является существенным загрязнителем окружающей среды. На многих инвесторов и клиентов это производит негативное впечатление. Из-за этого они не покупают акции «Норникеля», но так может дойти до того, что и продукцию не будут покупать. Поэтому, когда мы говорим о решении экологических проблем, это вопрос не только нашего гражданского долга, но и коммерческого выживания. Так вот, решив эти проблемы и поставляя экологичную продукцию, мы сможем сохраниться в своей нише. Мы хороши там, где мы сейчас находимся, и нашу компанию ценят именно за способность производить эту корзину металлов с максимально хорошим доходом для акционеров.

– Как вы думаете, жители Норильска, города, который определяет деятельность компании, также хотят иметь стратегию на 10, 15, 20 лет вперед, планируя свою жизнь и жизнь своих семей?

– Безусловно, ту нужно различать бизнес-стратегию и жизненную стратегию. То есть человек может иметь видение до конца жизни, но конкретное планирование, где он будет жить, какую  получать зарплату, в какой должности, – для этого и 5–7 лет много.

Однако что касается Норильска, то тут у нас все в порядке. Норильчане знают, что у нас долгосрочная программа их социальной поддержки. Вот один пример. Норильск долгое время оставался действительно островным городом в том смысле, что там не было широкополосного интернета. И вот мы, не дожидаясь, пока будет реализована программа ликвидации цифрового неравенства, сами взяли и провели туда широкополосный интернет, проложив почти тысячи километров трассы по тундре в тяжелейших условиях, по дну Енисея, и этот интернет пришел в Норильск.

Я думаю, недостаточно деклараций: мол, мы там что-то запланируем на 10–15 лет, и в Норильске будет хорошо. Надо подтверждать намерения делами. Решение проблемы интернета в Норильске, на мой взгляд, – это знак для молодого поколения города, что он станет нормальным местом для проживания.

– Ну, будет еще и чистый воздух, поскольку об экологических программах вы тоже рассказали.

– Раз уж вы разрешили мне мечтать, то еще одна мечта у меня – через 5 лет вывесить в аэропорту Норильска баннер, который пригласит в туристические туры. Вокруг Норильска есть очень красивые места: система водопадов, озер, удивительные пейзажи всего в 60–70 километрах. Сейчас, когда «Норникель» известен как загрязнитель воздуха, туристов к нам не позовешь. Но когда мы эту проблему решим, я надеюсь, что Норильск станет не только металлургическим, но и туристическим центром.

© ДЕЛА.ru

 

ещё интервью на ДЕЛА.ru

Александр Шлегель: «Современное теплоснабжение исключает работу городских котельных»

Александр ШлегельО совместной выработке тепловой и электрической энергии, планах по сни­жению экологической нагрузки и …

Егор Васильев: «Мы переживаем новый серьезный этап промыш­ленного развития Сибири»

Егор ВасильевО планах министерства экономики и их влиянии на развитие края рассказал …

новости

Красноярцы воспротивились стройке на месте снесенных усадеб по Перенсона

Красноярцы воспротивились стройке на месте снесенных усадеб по ПеренсонаНа публичных слушаниях красноярцы выступили категорически против строительства дома на месте уничтоженных усадеб …

Александр Граматунов: «Поддержку агентства получили более 10000 предпринимателей»

Александр ГраматуновВ этом году Агентству развития бизнеса исполняется 10 лет. Его генеральный директор рассказал о том, что изменилось за это время в предоставлении услуг бизнесу и …

Ольга Абанцева: «Учиться благотворительности надо со школьной скамьи»

Ольга АбанцеваБлаготворительность в России имеет свои особенности. На что необходимо обращать внимание …

 
Dела.ru

Сайт Красноярска
деловые новости

© ООО «Дела.ру»