статья

Те же и ТСЖ

Журнал «Сфера Влияния»Правительство Красноярского края приняло решение о создании новой монополии — компании, в которую объединятся все теплосетевые активы Красноярска. Почти одновременно с этим в Москве на заседании совета по развитию местного самоуправления президент Дмитрий Медведев отказался инициировать создание СРО (саморегулируемых организаций) в сфере ЖКХ.
О реформе жилищно-коммунального комплекса говорят давно, сегодня эта сфера представляет собой бизнес с миллиардными оборотами. Однако судя по тому, как разворачиваются события, настоящая конкуренция в этой отрасли начнется очень не скоро. Почему — попыталась разобраться «СВ».

Те же и ТСЖ

Печальный опыт

Известный красноярский предприниматель Александр Баталов три года назад решил заняться бизнесом в коммунальной сфере. «Я учредил новое предприятие — „Ваш выбор Плюс“, — рассказал он „СВ“. — Это предприятие выиграло городской тендер на обслуживание 15 домов в микрорайоне Северном. Сам тендер был организован так, что выиграть его было сложно, однако у нас получилось. Мы планировали предлагать более качественные услуги населению. Но даже не знали, с чем придется столкнуться».

По словам Баталова, с самого начала его предприятию пришлось выдержать мощное давление со стороны основного конкурента — крупной управляющей компании «Краском».

«Потом произошла приватизация сначала „Водоканала“, через некоторое время город­ской Совет повысил тарифы сначала на 40?%, потом еще и еще. За два года тарифы выросли почти вдвое, а расценки остались прежними. Я понял, что наша работа стано­вится нерентабельной, и продал предприятие», — вздыхает Баталов. И добавляет, что несмотря на свой печальный опыт, работу в коммунальной сфере он считает привле­кательной для бизнеса:
«Во-первых, услуги требуются постоянно, то есть отлажен спрос. Во-вторых, постоянный приток денежных средств от квартиросъемщиков. Если в этой отрасли наладить нор­мальную конкуренцию, снизить административные барьеры, начнется движение — оптимизация стоимости услуг для населения и повышение качества».

Это не единственный случай, когда «посторонние» предприниматели пытались войти в отрасль ЖКХ, которая в Красноярске жестко контролируется. Всем им приходится конкурировать с могущественным «Краскомом» — управляющей компанией, которую в декабре 2003 года создали, как тогда говорилось, «для реализации планов по реформи­рованию ЖКХ на принципах государственно-частного партнерства». Правда, частно-государственное партнерство за эти годы пропало — сегодня основными владельцами «Краскома» являются физические лица.

«Никто не может сказать, кому именно принадлежат сегодня компании, которые управляют красноярским коммунальным хозяйством, — заметил заместитель руководителя Управления ФАС по Красноярскому краю Олег Харченко.
— Сама структура собственности этих компаний непрозрачна, как непрозрачно положение дел на самом рынке жилищно-коммунальных услуг в Красноярске». Очевидно, что «Краском» является коммунальным монополистом, взращенным чиновниками администрации города для «реформы ЖКХ». Однако дело, конечно, не в реформе.

Монопольное право

Коммунальная монополия — признак не одного Красноярска. Достаточно посмотреть на любой крупный российский город, чтобы заметить тенденцию: практически везде крупные предприятия, оказывающие населению услуги в сфере ЖКХ, управляющие компании являются монополистами и опосредованно управляются из местной мэрии.

Причина проста: для Восточной Сибири с ее климатом «коммуналка» — сфера не эконо­мическая, а политическая. Конкурентная среда, рынок — стихии достаточно непредска­зуемые. Завтра у компании, которая, скажем, вывозит мусор, начнутся экономические проблемы, мусор будет гнить под окнами, а население за это «прокатит» мэра на очеред­ных выборах. Это в лучшем случае. В худшем выйдет на улицы, и тогда с нерадивыми чиновниками, допустившими «рыночную вольницу» в городском хозяйстве, разберутся по всей строгости вышестоящие товарищи.

Поэтому любой мэр предпочтет до последнего сдерживать проникновение рыночных отношений в городское хозяйство, иначе оно перестанет быть подконтрольным. Оставим за скобками, что непрозрачность коммунальных компаний — отличный повод для люби­телей ловить рыбку в мутной воде. «Коммуналка» — самая болезненная тема для город­ских властей, — сообщил «СВ» на условиях анонимности сотрудник красноярской мэрии. — Состояние городского хозяйства, сетей и коммуникаций далеко от идеального, поэтому спокойнее, если в отрасли будет все под контролем. Этим и объясняется желание власти усилить контроль, потому и создается теплосетевая монополия«.

Объясняя логику такой политики, и. о. краевого министра ЖКХ Нина Авдеева заявила корреспонденту «СВ»: «Деятельность организаций коммунального комплекса подлежит государственному регулированию. Рынок в чистом виде здесь практически невозможен.

Ведь не будет же кто-то строить новые сети и водозаборы рядом с уже действующими. Для производства коммунальных услуг, их транспортировки для потребителя в абсо­лютном большинстве случаев используются основные фонды, находящиеся в муници­пальной собственности. Котельные водозаборы, очистные сооружения, инженерные сети и другие объекты коммунальной инфраструктуры на конкурсной основе передаются организациям коммунального комплекса в аренду. С учетом того, что от эксплуатации объектов зависит жизнедеятельность городов и поселков, требования к участникам конкурса соответствующие, и маленькие организации, не имеющие ни специалистов, ни необходимого опыта, выполнить все условия конкурса не могут».

«В муниципалитетах сидят трезвомыслящие люди, — говорит председатель иркутской организации ветеранов энергетики Виктор Боровский. — Посмотрите, к чему привела реформа энергетического комплекса. Разделили единую систему и получили в итоге неконтролируемый рост тарифов. Если то же самое произойдет с коммунальным хозяйством, получим мультипликативный эффект. И как следствие — социальный взрыв. Никому это не нужно».

Городские власти действительно не заинтересованы — во всяком случае, на сегод­няшний день — разбивать жилищно-коммунальный комплекс на части и раздавать его в управление разным компаниям, чтобы создать ту самую «конкурентную среду», о которой не устает говорить губернатор Красноярского края Лев Кузнецов. Ради этого готовы мириться и с непрозрачностью, и с нерыночными решениями коммунальных монстров и вести политику «ни войны ни мира», когда на словах все городские чиновники поддерживают реформы, а в реальности в преддверии отопительного сезона создают еще одну супермонополию.

— Сама реформа будет двигаться мелкими шажками, осторожно, — считает заместитель директора Института экономики города Владилен Прокофьев. — Потому что управле­ние городским хозяйством — чрезвычайно сложный организм и никаких волюнтаристских решений не потерпит. Пока, это очевидно, власти двинулись по другой дороге — они стараются научить работать в условиях рынка не коммунальщиков, а тех, кто потребляет их услуги — то есть самих квартиросъемщиков. С этим и связано то, что сегодня так активно развивается идея ТСЖ (товариществ собственников жилья), где сами жильцы управляют затратами по содержанию дома.

Те же и ТСЖ

Деньги с крыши

В Красноярском крае сегодня 641 ТСЖ, объединяющих 2697 домов. Благодаря такому количеству ТСЖ регион занимает второе место в России по эффективности управления в сфере ЖКХ.

Прообразы нынешних ТСЖ в Красноярске появились давно — еще в середине 1990?х. На недавнем городском деловом форуме по инициативе мэрии был проведен специ­альный «круглый стол», обобщивший практику работы красноярских ТСЖ. Тут есть определенный повод для гордости: опыт красноярских товариществ по управлению издержками многоквартирных домов заслуживает того, чтобы о нем говорили публично.

Хотя сами председатели ТСЖ уверяют, что их деятельность некоммерческая, работа ТСЖ имеет все признаки налаженного бизнеса. Товарищества собственников жилья выстраивают бизнес-модели, позволяющие снижать затраты, управлять доходами, повышать капитализацию дома и инвестировать полученную прибыль в развитие — ремонты, строительство детских площадок или наем «правильного» сантехника. В некоторых ТСЖ созданы самостоятельные штаты, обслуживающие нужды жильцов дома, — от электриков до паспортистов.

Между тем мало кто знает, что за возможность обслуживать красноярские дома (вернее, получить доступ к деньгам их квартиросъемщиков) идет упорная непрекращающаяся борьба между ТСЖ и управляющими компаниями. «Как только выясняется, что жители какого-то дома собирают инициативную группу для создания ТСЖ, туда приходят люди из управляющей компании и стараются переубедить жильцов, говорят, что при ТСЖ «будет только хуже», — признался один из председателей ТСЖ.

Но даже отражая атаки управляющих компаний, отдельные ТСЖ умудряются добиваться впечатляющих успехов. На уже упомянутом «круглом столе» по проблемам ТСЖ о них говорили особенно много. Председатель товарищества «Клены» Андрей Ковалев добился запрета на парковку машин на территории ТСЖ и нашел предпринимателей, открывших в подвале магазины социальных товаров. Председатель ТСЖ «Регула» Ася Кривольцева смогла заработать деньги на… крыше 17?этажного дома (сдала её в аренду сотовой компании).

«В прин­ципе, каждый председатель может найти возможности получить дополнительный источник доходов, это вопрос профессионализма», — считает председатель самого крупного товарищества Красноярска «Бригантина» Валерий Демидов.

Впрочем, путь ТСЖ отнюдь не усыпан розами. Например, за рамками движения до сих пор остаются многочисленные старые дома в непрестижных районах, где жители пока не очень рвутся создавать товарищества. Содержание этих домов слишком затратное, коммуникации старые, платежеспособность населения низкая.

«В Красноярске, как и во всех крупных городах, наблюдается своего рода „социальная чересполосица“, — говорит архитектор Михаил Волгин. — Когда на одной лестничной площадке живет алкоголик-пенсионер и, скажем, банковский клерк. Пока только склады­ваются районы, где живет „чистая публика“, и там с обслуживанием коммунальной инфраструктуры все будет в порядке. А вот в „гарлемах“ с этим рано или поздно воз­никнут проблемы». Впрочем, по его словам, это все реалии отдаленного будущего — прежде чем окончательно закончится социально-территориальное перераспределение красноярского населения, пройдет не менее двух-трех поколений.

Те же и ТСЖ

Сила товарищества

Недавно в Самаре энтузиасты выпустили «Книгу позора Самарской области», куда собрали фотографии самых вопиющих картин коммунального быта: осыпающиеся стены, ржавые трубы, переполненные мусорные баки… Пока не идет разговора о выпуске аналогичного издания по материалам красноярских реалий, но то, что состояние город­ского хозяйства не идеальное, вряд ли кто будет спорить.

При этом войти в коммунальный бизнес, где относительно немного действующих игроков, «чужим» компаниям практически невозможно. Наши собеседники вспоминали о неудав­шейся попытке войти на красноярский рынок федеральной компании «Российские коммунальные системы». Деньги, выделенные на «взятие Красноярска», исчезли в неизвестном направлении, что позволило аудиторам, проверявшим РКС, написать восхитительную фразу: «деньги пропали потому, что финансовый контур компании оказался незамкнутым».

«Финансовый контур» красноярских коммунальных компаний, напротив, замкнут, даже слишком. Чужие здесь не ходят, а непрозрачность позволяет оставить в стороне вопросы, каким образом компании на основе государственно-частного партнерства спустя какое?то время начинают принадлежать частным лицам. Тем не менее предпри­ниматели, которые пришли в коммунальный бизнес, не собираются его покидать. «Это очень азартный бизнес, — признался один из них. — Один день из жизни начальника участка — это день из жизни парашютиста, летящего затяжным прыжком».

Так чего же ждать? В следующем году закончится выделение субсидий муниципалитетам из федерального фонда поддержки ЖКХ. Как в известной кавээновской шутке — «мы все надеялись, что центр нам поможет, вот он помог нам, и надежды больше нет».

По словам и. о. министра ЖКХ краевого правительства Нины Авдеевой, за три года край получил из федерального Фонда содействия реформированию ЖКХ почти 3 млрд рублей (в нынешнем году за счет увеличения лимитов еще дополнительно 321 млн). Теперь эти деньги придется изыскивать в региональном бюджете, и местные коммунальные империи полностью перейдут на самообеспечение.

Местные коммунальные империи полностью перейдут на самообеспечение. Наши собеседники полагают, что, возможно, это что-то изменит: если прежде неэффективные, громоздкие и непрозрачные компании, обслуживающие городское хозяйство, частично финансировались из федерального бюджета, теперь спрос будет жестче. И не исклю­чено, что после окончания федерального финансирования произойдет частичный уход с рынка наименее эффективных участников. Есть и совсем печальный сценарий: изношенные коммуникации не выдержат, и случится масштабная коммунальная ката­строфа. Тогда население потребует, наконец, разобраться, на что идут его платежи, и власти будут вынуждены сделать эту отрасль «более рыночной».

И здесь, по общему мнению наших собеседников, вся надежда на ТСЖ. То, что их постепенно становится больше (сейчас рассматриваются заявки примерно 30 ини­циативных групп о создании новых товариществ) — благой знак. В конце концов коли­чество ТСЖ, где сами квартиросъемщики вполне квалифицированно разбираются в технических, юридических и экономических нюансах функционирования коммунального хозяйства, достигнет некоей критической массы. И не считаться с их мнением будет уже нельзя.

«Пока что главная проблема ТСЖ — нехватка квалифицированных управленцев, — рассуждает председатель Ассоциации ТСЖ Красноярского края Виктор Левинский. — Мы планируем создать курсы по подготовке и обучению председателей ТСЖ, а городская администрация уже выпустила специальную методичку для желающих создать такое товарищество у себя дома».

Сегодня ТСЖ чаще всего руководят женщины пенсионного возраста, но недолго ждать, когда в эту сферу хлынут амбициозные молодые люди, профессиональные управленцы, представители нового поколения, умеющие мыслить рыночно. Этот процесс уже не оста­новить, особенно в условиях, когда практически не работают социальные лифты в обще­стве и амбициозному профессионалу нет возможности сделать карьеру, например, в политике.

А ТСЖ, по мнению многих, и есть одна из самых эффективных форм низового само­управления, самоорганизации граждан. И недалек тот час, когда этих объединений станет достаточно, чтобы задать неприятные вопросы о принципах формирования тарифов, непрозрачности коммунальных компаний и отсутствия конкуренции в жилищно-коммунальном бизнесе.

Владилен ПрокофьевВладилен Прокофьев, руководитель направления «Городское хозяйство» Всероссийского института экономики города:

— К сожалению, жилищно-коммунальный комплекс в большинстве российских городов до сих пор управляется нерыночными методами. Слишком высокий уровень монопольно образованных услуг.

Можно только посоветовать участникам рынка активнее отстаивать свои права, писать в прокуратуру, в антимонопольный комитет. И я думаю, что постепенно ситуация будет исправляться, как это в свое время произошло, например, с государственной торговлей.

А о том, что коммунальный бизнес неприбыльный и там все чуть ли не сухой корочкой питаются — это сказки для бедных. Потому что посмотрите на статис­тику: ни одна компания, которая вошла в жилищно-коммунальный бизнес, оттуда не ушла. Скорее избавятся от другого бизнеса, чтобы остаться в ЖКХ. Потому что здесь, во-первых, постоянно живые деньги. Во-вторых, услуги этого бизнеса востребованы всегда и не зависят от кризисов. И главное — там поле непаханое для нормальных эффективных компаний. Так что рано или поздно конкуренция придет и сюда.

Виктор ЛевинскийВиктор Левинский, председатель Ассоциации ТСЖ Красноярского края:

— Наша ассоциация была создана в декабре 2009 года для защиты интересов ТСЖ. Мы хотим унифи­цировать управленческие практики для всех ТСЖ: наладить единый бухгалтерский учет, совместно отстаивать права наших членов, выяснять вопросы тарифообразования и т.д.

Сегодня сложилась странная ситуация: формально управляющие компании и ТСЖ не являются конкурентами. Ведь ТСЖ — некоммерческие организации, а УК — коммерческие. Но при этом между ними идет жесткая борьба за право управления домами.

Например, жители какого-нибудь дома, уставшие бороться с управляющей ком­панией, решают создать ТСЖ. Тут же появляются люди из УК и начинают их пере­убеждать. Вдобавок оказывается, что 30% голосов принадлежит администрации. Возникает неравноценная конкуренция, когда одни участники рынка используют в борьбе за право управлять домами административный ресурс. Я уже не говорю, что в свое время УК были наделены имуществом, помещениями и техникой бывших советских РЭУ и ЖЭУ, а ТСЖ не получили ничего.

Ирина ОрловаИрина Орлова, руководитель красноярского офиса банка ИТБ:

— Сегодня не хватает квалифицированных кадров для управления хозяйством жилого дома, нет системы отбора, контроля за качеством их работы… Любой рост тарифов будет усиливать позиции жильцов.

Во-первых, люди задумаются об экономии потреб­ляемых ресурсов. Во-вторых, обратят внимание на качество работы управляющих компаний — насколько рационально они управ­ляют затратами, насколько эффективно оптимизируют потребление. Нашим естественным монополиям придется реагировать на эти требования, иначе все большее количество жильцов будут приходить к мысли, что им выгоднее управлять своим домом самостоятельно.

Константин СлободскийКонстантин Слободский, старший научный сотрудник Института современной экономики:

— Сама по себе идея передать управление своими домами жильцам очень рискованная. Потому что еще 20 лет назад люди получали квартиры бесплатно, а доля квартплаты в бюджете отдельного домо­хозяйства не превышала полутора процентов.

Сложнее всего — и дольше всего — будет меняться психология людей, которым придется после многолетней социалистической халявы привыкать к рыночным отношениям, тарифам и способам управления. Не говоря уже о том, что в нашей стране только начинает складываться система «социального расселения». Это еще добавит проблем людям, которые управляют жилищно-коммунальным комплексом.

Олег ХарченкоОлег Харченко, заместитель руководителя УФАС по Красноярскому краю:

— Высокий монополизм в сфере ЖКХ обусловлен тем, что в свое время там своеобразно проходили про­цессы приватизации. Если в других отраслях состав­лялись программы приватизации, проходили ваучерные аукционы, то есть достаточно гласные и прозрачные процедуры, то в сфере ЖКХ мы имели на входе муниципальные коммунальные предприятия, на выходе — общества с ограниченной ответственностью с участием частных лиц.

В конечном счете мы сейчас имеем сплошные ООО с частным капиталом, которые регулируются властями в части определения тарифов, но работают как само­стоятельные участники рынка.

Людмила ТокмаковаЛюдмила Токмакова, директор красноярского МУ «Управление по работе с ТСЖ и развитию местного самоуправления»:

— ТСЖ не являются коммерческими структурами, поскольку всю прибыль от хозяйственной деятель­ности они направляют на уставные цели — проще говоря, вкладывают в развитие товарищества.

На сегодняшний день в Красноярске действует 384 ТСЖ и 92 жилищно-строи­тельных кооператива (ЖСК), деятельность которых схожа с деятельностью товариществ собственников жилья. Кроме того, в стадии формирования находится еще несколько ТСЖ, мы сегодня работает с инициативными группами.

К сожалению, главным вопросом остается кадровый — профессиональных управляющих для ТСЖ сегодня не готовят. Мы намерены организовать учебу для председателей ТСЖ в городском центре повышения квалификации работников ЖКХ.

Нина АвдееваНина Авдеева, и. о. министра ЖКХ Красноярского края:

— По поводу создания единой теплосетевой компании напомню, что услуги по теплоснабжению оказываются по тарифам, которые устанавливаются для каждой организации коммунального комплекса. В Красноярске их более 50, и все они имеют свои тарифы, которые отличаются друг от друга в разы. Создание единой теплосетевой компании даст возможность всем потребителям в крае оплачивать услугу по единому тарифу. При этом не факт, что тарифы вырастут. У некоторых они могут быть снижены.

Положительный момент и в том, что у каждого будет определенная сфера ответственности. Теплогенерирующая компания готовит к зиме свои ТЭЦ, не отвлекаясь и не перетягивая средства на ремонт теплосетей.

При этом передача тепловой энергии становится отдельным бизнесом. Единая теплоснабжающая организация будет покупать теплоэнергию у различных гене­рирующих компаний, получая возможность экономить на цене. При этом тепло­сетевая компания будет заинтересована инвестировать в оптимизацию сетей, чтобы снижать потери, иметь техническую возможность покупать теплоэнергию у большего числа генерирующих компаний. Как следствие, должны снижаться тарифы.

Владислав Толстов
Журнал «Сфера влияния»

© ДЕЛА.ru

 

информация
новости

Красноярскому краю подготовлен социальный бюджет Сегодня в Законодательное Собрание Красноярского края был внесен проект регионального бюджета на 2022–2024 годы. Документ имеет ярко выраженную социальную направленность, подкрепленную ...

Излечившийся от рака красноярский общественник обратился к Тинькову Красноярский общественник Александр Штеле обратился к банкиру Олегу Тинькову с просьбой о помощи. «Слепой поймет слепого, а больной больного»…

 
Dела.ru

Сайт Красноярска
деловые новости

© ООО «Дела.ру»