статья

Окно в мир

Проблемы красноярского экспорта

Стабильность любого государства в значительной степени зависит от внешней торговли. А рост числа экспортно-импортных операций для большинства стран является одним из главных показателей развития национальной экономики.
С этой точки зрения Красноярский край, который относится к числу крупнейших экспортеров России и с каждым годом наращивает объемы продаж «за бугор» (в 2010 г. — на 15% по сравнению с 2009-м), — территория вполне благополучная и перспективная.

При более внимательном рассмотрении, однако, проблем обнаруживается немало. Как выглядит окно, прорубленное из края в Европу и прочий мир, и можно ли распахнуть его пошире — например, организовав малый экспортно-импортный бизнес?

Внешняя торгвовля
Международная торговля в крае — прерогатива крупных компаний

Большой секрет о маленьких компаниях

Внешняя торговля
Доля Швейцарии во внешнеторговом обороте края составляет около 30%

Что вывозит Красноярский край? Нефть, уголь, необработанные цветные металлы, продукты неорганической химии, древесину — все, что и положено главному сырьевому региону сырьевой страны. Везем и в Европу, и за океаны.

Главный партнер Красноярска во внешней торговле, по данным Красноярской таможни за январь-апрель 2011 г., — Швейцария (доля страны во внешнеторговом обороте составляет около 30%), которой интересны наши ресурсы, США (14,7%), далее с уменьшением — Франция, Турция, страны СНГ, а вообще в экспортно-импортные отношения с нами вступают около сотни стран.

Конечно же, в лидерах торговых партнеров края — Китай, на который приходится 15% всех внешнеторговых операций. Вывозим больше, чем покупаем, — в 3,8 раза. А ввозим — готовые товары: машины и оборудование, глинозем, минеральное топливо и нефтепродукты, такие как нефтяной кокс и каменноугольный пек — они нужны в алюми­ниевом производстве, продукты химической промышленности, товары массового спроса и еду, новые технологии и материалы.

Из самой структуры экспорта и импорта очевидно, что международная торговля в крае — прерогатива крупных компаний. А на долю мелкого и среднего бизнеса остаются крохи экспортно-импортного пирога. Причем такие, что даже найти информацию о субъектах подобной деятельности непросто.

«Целевая программа поддержки малого бизнеса, занятого во внешнеэкономической деятельности, существует у нас с 2004 г., — рассказывает Сергей Миночкин, замначальника отдела предпринимательства министерства экономики и регионального развития Красноярского края. — Да, мы пытались организовать работу в этом направ­лении. Но, по сути, 98% нашего экспорта приходится на цветные и черные металлы, лес и другое сырье, и подавляющее большинство экспортеров — это крупные предприятия.

Внешняя торговля
На долю мелкого и среднего бизнеса остаются крохи экспортно-импортного пирога

А что касается мелких предпринимателей, то если кто у нас и занимается подобной деятельностью, то не хочет ее афишировать. Конечно, есть изменения в этом направ­лении, вот сейчас мы пытаемся активно вытаскивать IT-сферу. Но в целом конкретной информацией — кто вывозит, что и сколько, — поделиться сложно. Наш отдел такими данными не располагает. Возможно, какие-то цифры есть у таможни».

Красноярская таможня, как выяснили ДЕЛА.ru, также не имеет подробных данных об экспортно-импортной деятельности компаний МСБ. Ольга Дегидь, главный государственный таможенный инспектор отдела по связям с общественностью Красноярской таможни, поясняет:  «Участников внешнеэкономической деятельности, зарегистрированных в регионе деятельности Красноярской таможни, насчитывается около 1200. Крупнейшие из них — это ГМК „Норильский никель“, РУСАЛ-Красноярск, Лесосибирский деревообра­баты­вающий комбинат, ЭХЗ (Зеленогорск), ООО „Инфор­мационно-спутниковые системы“ им. М. С. Решетнева».

А малый и средний бизнес среди тех, кто возит товар за границу, по словам Ольги Дегидь, в большинстве своем представляют предприятия лесной отрасли, которые отправляют лес на экспорт в Китай, Казахстан, Афганистан.

Лес проблем

За разъяснениями, как обстоят дела в этом виде экспортоориентированного бизнеса, ДЕЛА.ru обратились к Олегу Дзидзоеву — президенту Союза лесопромышленников Красноярского края.

«В лесной отрасли экспортом занимаются 70-80% предприятий МСБ, — говорит Олег Дзидзоев. — В основном они вывозят круглый лес и пиломатериалы, которые закупают у нас республики Средней Азии и Китай».

Однако, по словам президента Союза лесопромышленников, малые предприятия, занятые в сфере лесозаготовок и лесоэкспорта, испытывают большие трудности.

«Это каторжный бизнес, который окупается не сразу и зависит от множества факторов, включая погоду. Принятый в 2010 г. Лесной кодекс буквально поставил весь малый лесной бизнес на колени, а поспешная реформа РЖД привела к тому, что мы испыты­ваем острую нехватку вагонов для транспортировки — по 200 тыс. кубов древесины просто гниют на складах. Опять же рост железнодорожных и энергетических тарифов не позволяет заниматься планированием. Лесная отрасль, получается, гасится на корню. В связи с этим сокращаются и объемы экспорта», — отмечает Олег Дзидзоев.

Экспорт леса
Малые предприятия, занятые в сфере лесозаготовок и лесоэкспорта, испытывают большие трудности

По его мнению, лесному МСБ требуется серьезная, доступная банковская и прежде всего — государственная поддержка: «Малый лесной бизнес края силен и мужественен, но нуждается в «государевой» помощи. Испокон веков эту отрасль поддерживало именно государство. Оно должно давать и гарантии банкам при выдаче кредитов, поскольку в банках предприятиям отрасли часто отказывают в финансах: требуются миллионы, так как одна единица современной техники стоит не менее 2–3 млн руб. Хорошо, что в нашем крае — здравомыслящие руководители, и все, что зависит от региональной власти, они решают. Благодаря им мы сохранили наш малый бизнес. Но на федеральном уровне нас, к сожалению, не слышат. «Броня».

Конечно, в идеале красноярские лесники должны вывозить за рубеж не только сырье. Однако чтобы делать продукты глубокой переработки древесины, требуются дорого­стоящие производства, сушильные хозяйства и пр., где делают погонаж.

«Такое могут позволить себе только дочки крупных предприятий. Правда, сегодня по инициативе нашего Союза мы запускаем производства в Идринском и Дзержинском районах, где из отходов древесины будут выпускать брикеты на оборудовании, которое начали изготавливать у нас, в Красноярске. Затраты на него приемлемые, около 5 млн руб. Думаем создавать подобные заводы и в других районах, развивать экспорт этого вида продукции, который пользуется большим спросом за границей», — говорит Олег Дзидзоев.

Рублем и долларом

Нельзя сказать, что государство совсем уж забыло о малом бизнесе, метящем на внешние рынки. Как ДЕЛА.ru уже писали (см. «Малому бизнесу выдали средства на экспорт», еще осенью прошлого года правительство выделило дополнительные финансовые средства — 2 млрд руб. — конкретно на поддержку экспортной деятельности малых и средних предприятий.

«Что касается федеральных денег — да, мы их получили, — говорит Сергей Миночкин. — Эти средства пошли на поощрение выставочно-ярмарочной деятельности малых и средних предприятий за рубежом, точнее, возмещение части их затрат на участие в выставочно-ярмарочных мероприятиях, и субсидирование процентной ставки по кредитам».

По его словам, федеральные деньги были потрачены в 2010 г. лишь частично, а субсидирование процентной ставки по кредитам для предприятий ВЭД (в размере половины ставки рефинансирования Центробанка) оказалось не слишком востребовано. «Деньги, перечисленные федерацией, можно было перевести на следующий год. Так мы и сделали и в этом году продолжаем активно искать кандидатов», — добавляет Миночкин.

Низкая активность красноярских предпринимателей во внешнеэкономической сфере вполне понятна. Проблем здесь немало. Мелкий экспортный бизнес, как уже упомянутый лесной, так и все прочие, сдерживается таким непреодолимым фактором, как удаленное географическое положение: телушка-то у нас, может, и полушка — да перевоз обходится в сотни тысяч рублей. Расходы на транспортировку товаров покрывают всю возможную прибыль.

Во-вторых, чтобы преуспеть в экспортной деятельности, нужно системно изучать рынки, где водятся потенциальные клиенты, а для этого хорошо знать иностранные языки...

Прибавьте сюда многочисленные риски международной торговли, связанные с ликвид­ностью фондирования, деятельностью контрагентов, политикой, наконец. Есть и другие специфические для края причины.

«Экспортно-импортный малый бизнес у нас развит очень слабо. Основная причина, на мой взгляд, — это диктат Москвы, требование совершать все подобные операции через посредничество центра, — считает Василий Моргун, депутат ЗС Красноярского края, директор Красноярского центра стандартизации, метрологии и сертификации.

— Прецедентов немало, достаточно вспомнить, как несколько лет назад один из красноярских производителей кедровых бочек был вынужден регистрировать свое предприятие в столице, чтобы осуществлять продажи этой продукции за рубеж. В другой раз разработчикам наукоемкого прибора для оценки состояния водоемов также пришлось действовать через Москву».

Чтобы решить проблему, по мнению Василия Моргуна, в крае необходимо создать региональное министерство торговли, которое могло бы на нормативном уровне лоббировать интересы местного малого бизнеса: «Наше будущее — в установлении прямых торговых связей с зарубежными продавцами и производителями. Но до тех пор, пока в нашем регионе нет органа власти, осуществляющего координацию в сфере торговли, ситуация не изменится».

Очевидно, что и разовых финансовых вливаний недостаточно. В мире давно существуют и успешно работают проверенные механизмы государственной и банковской поддержки.

После Второй мировой войны правительства многих европейских государств начали оказывать деятельности, ориентированной на экспорт, особое внимание. Применялись субсидии, государственное страхование экспортных кредитов и прочие меры. Как результат — мировая торговля вступила в этап небывалого развития.

В США еще с 1934 г. работает Экспортно-импортный банк, который за 76 лет своей деятельности помог стране экспортировать товаров на сумму более 400 млрд долларов. При этом большая часть деятельности Эксимбанка приходилась на кредитование именно малого бизнеса, занятого в экспорте американской продукции: и американских экспортеров, и тех, кто приобретает товары США за рубежом.

В России сфера услуг по экспортно-импортному финансированию, конечно, намного моложе. Тем не менее подобные продукты предлагают сегодня многие банки. Среди лидеров этого рынка, который сейчас восстанавливается после кризиса, — ВТБ, Альфа-Банк, Газпромбанк, Внешэкономбанк, Банк Москвы и другие. В последнее время о намерении увеличить свою долю в ТЭФ заявил и Сбербанк.

Поддержка ВЭД
В последнее время о намерении увеличить свою долю в ТЭФ заявил и Сбербанк

«Для Сбербанка это направление на данный момент является приоритетным. В связи с восстановлением международной торговли политика торгово-экспортного финанси­рования ключевых отраслей отечественной экономики стала значительно более активной, — отмечает Наталья Потапова, заместитель председателя Восточно-Сибирского банка Сбербанка России. — Сбербанк ставит перед собой амбициозную цель — к 2014 г. стать лидером российского рынка ТЭФ, обеспечивая для отечественных предприятий выгодные условия финансирования внешнеторговых сделок».

Для достижения этой задачи осенью 2010 г. в Сбербанке была открыта стратегическая программа «Торговое и экспортное финансирование». Благодаря ей банк надеется расширить возможности своих клиентов по финансированию и развитию внешне­экономического бизнеса — как в Красноярском крае, так и во всех регионах России.

Кто не рискует

Примечательно, что воспользоваться торговым и экспортным финансированием банка может любая компания, занятая во внешнеторговой деятельности — и торговая сеть, и производственное предприятие, — независимо от «величины» бизнеса.

Конкретно сама процедура финансирования внешнеторговой сделки выглядит так: клиент обращается в банк, специалист анализирует его контракт и определяет возможные схемы реализации сделки. Затем запрашиваются условия финансирования в иностранных банках. Их сравнивают и выбирают вариант, наиболее подходящий клиенту.

Таким образом, его сделка финансируется на совместных условиях российского и иностранного банка. Главное преимущество заключается в том, что процентные ставки при этом могут быть значительно снижены, и для клиента стоимость привлекаемых иностранных ресурсов может оказаться в 1,5–2 раза меньшей по сравнению с использо­ванием прямого кредитования в российском банке. Банк тоже остается «в плюсе», получая маржинальный доход.

«Финансирование экспортных контрактов отечественных производителей за счет привлекаемых ресурсов иностранных банков позволяет при необходимости обеспечить весь цикл по производству и поставке товаров или услуг зарубежным контрагентам, — говорит Наталья Потапова. — Кроме того, в рамках исполнения экспортного контракта за счет средств российского или иностранного банка может также быть профинансиро­вана отсрочка платежа, предоставляемая отечественным экспортером иностранному покупателю».

Еще одна форма расчетов по внешнеторговым сделкам, которую могут использовать занятые в ВЭД предприятия, — это импортные и экспортные документарные аккреди­тивы — проверенный временем и наиболее защищенный от возможных рисков инструмент торгового финансирования.

***

В перспективе, с развитием внешнеэкономической деятельности крупных и малых предприятий, все большее число банков будут предлагать услуги по ТЭФ. Впрочем, это зависит как от преодоления кризисных явлений в экономике страны, так и от междуна­родного положения в целом.

Если опять же вернуться к предметным вопросам и помечтать об идеальном варианте развития событий, то что стоило бы вывозить Красноярскому краю? Не сырье и прочие «рога и копыта для нужд гребеночной и мундштучной промышленности», а продукты с высокой добавочной стоимостью — например, детали спутников, солнечные батареи на основе произведенного у нас кремния, пеллеты и другую продукцию глубокой пере­работки древесины, космические технологии и энергетические ноу-хау, пластмассы, продукты питания...

«Конечно, мы должны вывозить переработанную продукцию, — говорит Василий Моргун. — Нашим предприятиям под силу экспортировать широкий перечень экологически чистых продуктов питания, дикоросы, продукцию северных территорий — например, оленину. Кроме того — мебель, изготовленную из местного качественного сырья, и наукоемкую продукцию.

А ввозить — технологические линии, которых пока нет у нас, и испытанные медицинские технологии. Как это ни печально, но, согласно общероссийским данным, потребности крупных предприятий страны сегодня на 85% удовлетворяются за счет импорта».

Словом, нам пока остается лишь надеяться на то, что когда-нибудь край и вся Россия в массовом порядке понесут машины, оборудование и технологии не только с базара, но и на базар.

Татьяна Алёшина
ДЕЛА.ru

© ДЕЛА.ru

 

информация
новости

Депутаты ЗС поздравили работников сельского хозяйства 3 декабря в Красноярске состоялось мероприятие, приуроченное ко Дню работника сельского хозяйства и перерабатывающей промышленности. Председатель Заксобрания…

Как QR-коды влияют на новогодние корпоративы Меньше чем через месяц наступит главный праздник – Новый год. И, как обычно в начале декабря, красноярцы задумываются о проведении новогодних корпоративов…

 
Dела.ru

Сайт Красноярска
деловые новости

© ООО «Дела.ру»