статья

Где живет красноярская бизнес-элита

Журнал «Деловой Квартал» Красноярск«Скажи, кто твой сосед, и я скажу, в элитном ли доме ты живешь». Специалисты говорят: в отсутствие по-настоящему элитного жилья в Красноярске статус домов определяется именно по этому принципу.

80 % красноярской бизнес-элиты проживает в центре города

150 кв. м средняя площадь квартир местной бизнес-элиты

80 тыс. руб. стоит в среднем квадрат жилья в элитном доме

Когда генеральный директор сети «Розпечать» Наталья Гурова выбирала жилье для своей семьи в Красноярске, она, по ее словам, даже не рассматривала вариант покупки квартиры в городе. В ее понимании по-настоящему комфортное и престижное жилье для состоятельного человека — это собственный загородный дом.

«Если мы говорим о высококлассном жилье для бизнес-элиты, то оно, по моему личному убеждению, в принципе не может находиться в городской черте и, тем более, в много­этажном доме. Каким бы современным и комфортным он ни был», — уверена г-жа Гурова.

Однако «ДК» выяснил, что таких, как руководитель «Розпечати», в красноярской биз­нес-элите меньшинство. Основная часть ее представителей тишине пригорода предпо­читает шум и суету самого центра мегаполиса.

В Красноярске нет элитного жилья

На вопрос, есть ли в Красноярске элитное жилье, ни риелторы, ни застройщики не смогли дать однозначного ответа. В целом суть их высказываний сводится к тому, что элитным жильем сегодня уже не считаются отремонтированные «сталинки», которые в массовом порядке заселяли предприниматели первой волны в конце прошлого века, но и совре­менных домов, по всем параметрам соответствующих определению «элитный», в городе пока тоже не построено.

«По сравнению с европейской частью России наш строительный рынок относительно молод. На нем еще не сформировалась четкая иерархия классов жилья. Хотя попытки такие уже предпринимались и риелторами, и самими строителями. Тем не менее, пока все строят, что называется, кто во что горазд и самостоятельно определяют уровень качества своего жилья. На мой взгляд, если брать по „гамбургскому“ счету, в городе на сегодня нет ни одного элитного дома, даже если застройщик пытается его таковым представить. Скорее, в данных случаях можно говорить о домах повышенной ком­фортности или, максимум, бизнес-класса», — рассуждает заместитель директора компании «СибЛидер» Андрей Клещев.

Риелторы подтверждают, что зачастую класс жилья в Красноярске определяется не объективными факторами, а тем, как позиционирует его застройщик.

«В центре города есть всем известный жилой дом, который изначально позициониро­вался как жилье для бизнес-элиты. Однако если вы зайдете в его подъезд, то увидите стены, выкрашенные „типовой“, потрескавшейся кое-где краской, ничем не примечатель­ную плитку на полу. То есть картину, типичную для „среднестатис­тического“ подъезда. Тем не менее, этот дом считается жильем премиального класса, поскольку застройщик с самого начала провозгласил его таковым», — рассказывает директор агентства недвижимости «ГРАНТА» Алексей Анучин.

Таким образом, подытоживают эксперты, понятие «элитное жилье» на сегодня в Красно­ярске размыто и очень условно. По их словам, более-менее конкретно можно определить только набор стандартов, по которым бизнес-элита выбирает себе жилье: большие пло­щади (от 100 кв. м), объемные комнаты — высотой не менее 3 м, парковка, огорожен­ная территория, развитая социальная инфраструктура. Однако они оговариваются, что эти требования постепенно становятся обычными и для массовой застройки.

«Элитность» дома определяется статусом его жильцов

Эксперты говорят, что показателем «элитности» дома в Красноярске сегодня являются, скорее, не его технические характеристики, а район, где он находится, и статусность жиль­цов. Так, в городе сейчас выделилось три района, где предпочитает селиться бизнес-элита: центр, Академгородок и Взлетка.

«Я знаю, например, дом на правом берегу, на улице Вавилова, который по всем техни­ческим параметрам проходит как жилье для элиты. Он небольшой, рассчитан на несколь­ких хозяев, стоит особняком, имеет огороженную территорию и т. д. Но местонахождение не дает право относить его к жилью для бизнес-элиты. Находись он в центре, вполне мог бы претендовать на этот статус», — говорит генеральный директор компании «АРЕВЕРА-Недвижимость» Константин Попов.

Андрей Клещев добавляет, что для бизнес-элиты очень важна среда проживания, соседство с себе подобными. «Покупать квартиру даже в хорошем доме, но стоящем рядом со старыми хрущевками ее представители точно не будут», — уверен г-н Клещев.

Это мнение подтверждают и наглядные примеры. Генеральный директор финансово-строительной компании «Готика» Геннадий Тихонов: «Я сам живу в доме на проспекте Мира и могу подтвердить, что у меня в соседях числятся многие статусные люди. В их числе, например, руководители компаний „Билайн“ и „Сибирьтелеком“, есть один из высших чинов местного ГУИН».

Однако из каждого правила есть исключения. Алексей Анучин говорит, что не стал бы всю поголовно бизнес-элиту «селить» в центре или других престижных районах города. «Безусловно, основная часть этих людей сконцентрирована в названных районах. Одна­ко я знаю очень состоятельных людей, которые вполне могут позволить себе переехать в центр, но продолжают жить в Черемушках или Ветлужанке. Есть те, кто живет за горо­дом, причем не в элитных коттеджных поселках, а, что называется, в деревнях», — утверждает г-н Анучин.

Он объясняет это тем, что есть люди, для которых важнее жить не в среде им подобных, а там, где они привыкли. «Такие люди вместо того чтобы переезжать в комфортные усло­вия, создают их там, где они живут в текущий момент. Есть немало примеров того, когда человек покупает себе две квартиры в доме массовой застройки где-нибудь в Чере­мушках, объединяет их в одну и обустраивает там «шикарные апартаменты», — рассказывает директор «ГРАНТЫ».

Коттедж за городом — вне конкуренции

Еще в начале двухтысячных годов застройщики и риелторы прогнозировали массовый переезд местной бизнес-элиты в загородные коттеджные поселки. В последнее время этот сегмент жилого домостроения активизировался. Однако, несмотря на это, прогноз экспертов не сбылся.

Геннадий Тихонов говорит, что при строительстве коттеджных поселков застройщики допус­кают ошибку, типичную и для местного городского строительства. «Зачастую у нас ведь как происходит: сначала построят дом, а потом думают, как к нему подвести дороги и коммуникации. То же самое творится и в коттеджных поселках», — поясняет г-н Тихонов.

В итоге, говорят эксперты, ни один поселок у нас в настоящее время полностью не обес­печен ни коммунальной, ни социальной инфраструктурой, в большинстве нет нормальных подъездных дорог. Все это препятствует массовому переселению бизнес-элиты за город.

«Я специально ездил в Москву посмотреть, как такое жилье строится там. Так вот, коттеджные поселки там аналогичны городским многоэтажкам, с той лишь разницей, что люди живут не в квартирах, а отдельных домах. Иначе говоря, это единый организм с общей инфраструктурой, которую обслуживает специальная управляющая компания. У нас, я думаю, такие поселки появятся еще не скоро», — говорит Константин Попов.

Наталья Гурова согласна с тем, что жизнь за городом на сегодня имеет ряд неудобств, однако для нее этот вариант все же предпочтительнее, чем жить в городе.

«Все зависит от того, как человек расставляет приоритеты. Для меня важнее жить в от­дель­ном просторном доме, дышать чистым воздухом, чем, скажем, рядом с работой или любимыми магазинами, но при этом в шумном загазованном центре. Да, необходимо постоянно ездить в город на работу, за покупками, но я не вижу в этом большой проб­лемы, если у тебя есть личный автомобиль», — говорит г-жа Гурова.

В целом эксперты сходятся во мнении, что сейчас загородные коттеджи используются бизнес-элитой в лучшем случае как второе жилье. «Есть некая сезонная миграция. То есть зимой, в наиболее сложный с точки зрения быта период, люди живут в городе, а в остальное время в коттедже», — поясняет Алексей Анучин.

Кризис сбил спрос

Если говорить о вторичном рынке жилья для бизнес-элиты, то, по словам экспертов, спрос на нем был всегда, даже в кризис, поскольку эта категория покупателей в наи­меньшей степени зависит от финансовых потрясений. Другое дело, что отследить его довольно сложно. «Как правило, сделки по купле-продаже такого жилья на вторичном рынке происходят напрямую, без привлечения риелторов», — говорит г-н Анучин.

В то же время на первичном рынке дорогого жилья сложилась ситуация не из лучших, спрос на нем упал до критической отметки. Строители прямо говорят, что строить такое жилье на сегодня экономически невыгодно.

«Если сравнивать рынок сегодняшний и двухгодичной давности, то разница будет очень большой. Тогда был непрерывный и очень быстрый рост спроса. Мы ведь не просто так вышли на рынок с „Фрегатом NEO“, хотя до этого работали только в сегменте социально ориентированного жилья. Даже те люди, которые покупали квартиры в наших „Кленовых двориках“, спрашивали, не собираемся ли мы строить что-нибудь более „изысканное“, до­рогое. То есть потребитель был готов к дорогому жилью», — вспоминает Андрей Клещев.

В кризис ситуация кардинально поменялась. Компании пришлось пойти на то, чтобы подкорректировать статус своего жилого комплекса. «Изначально мы позиционировали „Фрегат NEO“ как жилье бизнес-класса. Однако вышло так, что основной период строи­тельства комплекса пришелся на кризис, когда покупательская способность людей резко сократилась. В итоге нам пришлось отказаться от некоторых функций, значительно удо­рожающих стоимость квадратного метра. Сейчас мы уже позиционируем „Фрегат NEO“ как жилье повышенной комфортности», — рассказал г-н Клещев.

На элитное жилье спрос упал задолго до кризиса

Владимир Сиделев директор компании «Енисейлесстрой»:

Наша компания была создана в 1995 году специально для строительства одного из пер­вых в городе домов для бизнес-элиты — по улице Горького, 3а. В дальнейшем получи­лось так, что именно мы построили существенную часть тех домов, которые принято считать «элитными»: Горького, 5, Красной Армии, 18, Ленина, 34 и 36, ряд загородных объектов.

Когда мы только начали осваивать сегмент дорогого жилья, его строительство велось, я бы сказал, очень свое-образным способом. Скажем, жители будущего дома проходили едва ли не «кастинг»: времена были неспокойные, никто не хотел слышать в своем дворе автоматные очереди, поэтому квартиры продавали далеко не всем желающим.

Кроме того, многие покупатели принимали участие в строительстве. Оборотных средств не хватало, на рынке процветали бартерные схемы, и будущие жильцы рассчитывались кто чем мог: у одного был свой завод ЖБИ, у другого кирпичный, третий мог обеспечить спецтехнику и т. д.

Самый яркий случай — поставка лифта для нашего дома, когда пришлось выстро­ить цепочку из восьми бартерных операций с предприятиями нескольких городов России и Казахстана. Подобное жилье тогда строить никто не умел, а материалы и технологии, которые сейчас кажутся обычным делом, например, гипсокартон, пластиковые окна, сухие строительные смеси — применялись впервые в городе. Поэтому для освоения новых технологий нам приходилось привозить инструкторов из Европы. Что касается цен, то, если перевести тогдашние цены наших квартир в валютный эквивалент и сравнить с сегодняшними, они выросли ориентировочно в 5 раз.

Сейчас говорят, что кризис подорвал интерес покупателя к элитному жилью, но, на мой взгляд, этот интерес угас задолго до кризиса. Наша компания с 2001 года перешла в сегмент, который мы сами для себя определили как «верхняя часть среднего». Считаю, что элитное жилье сейчас строить бессмысленно: все богатые люди, которые хотели себе купить такую недвижимость, давно это сделали, сейчас нужно строить для большинства.

Алексей Хитров
Журнал «Деловой квартал — Красноярск»

© ДЕЛА.ru

 

информация
новости

Как QR-коды влияют на новогодние корпоративы Меньше чем через месяц наступит главный праздник – Новый год. И, как обычно в начале декабря, красноярцы задумываются о проведении новогодних корпоративов…

Экология как драйвер инвестиций Работающая в Красноярском крае горно-металлургическая компания «Норникель» значительно увеличила свой прогноз по инвестициям до 2030 года…

 
Dела.ru

Сайт Красноярска
деловые новости

© ООО «Дела.ру»